«Новые бостонцы»: американская историография истории формирования этноконфессиональной структуры современного Бостона
«Новые бостонцы»: американская историография истории формирования этноконфессиональной структуры современного Бостона

Авторы монографий, посвященных «новой иммиграции» в столицу Массачусетса и процессам возрождения города после нескольких десятилетий экономической депрессии (так называемого «Бостонского ренессанса»)[1] отмечают «трансформацию Бостона от города расовой сегрегации и экономического упадка, наступившего после Второй мировой войны, до современного оживленного мегаполиса», который во многом обязан своему процветанию мощному иммиграционному потоку[2].

Рассуждая о новой этнической ситуации в Бостоне, американские ученые приходят к выводу, что иммиграционные потоки на рубеже XX-XXI вв. стали намного более разнородными с точки зрения расового и этнического происхождения «новых иммигрантов», их социальной принадлежности, уровня образования, районов расселения[3].

Авторитетные американские исследователи т.н. «новой иммиграции» последних десятилетий ХХ - начала XXI вв. Рид Уэда и Мэри Йотерс выделяют возросшую роль глобальных экономических изменений, влияние средств массовой информации, новых форм коммуникации, иные транспортные возможности[4]. Наконец, федеральное правительство играет определяющую роль в расширении или ограничении потока иммигрантов. Резкое сокращение иммиграционных потоков в США было вызвано ограничительным иммиграционным законодательством, принятым после окончания первой мировой войны. Напротив, всплеск «новой иммиграции» стал результатом иммиграционных актов 1952 и особенно 1965 годов[5]. Ключевую роль сыграл закон 1952 года (Уолтера-Маккарена), установивший новые критерии трудовой иммиграции, которые стимулировали приезд в США квалифицированных специалистов, и особенно закон об иммиграции 1965 года (также известный, как закон Харта-Селлера), направленный на воссоединение семей, а также на обеспечение американского рынка высококвалифицированной рабочей силой. Формирование потоков иммиграции в США в целом и в Бостон в частности было связано не только с введением новых параметров иммиграционного законодательства, но и с внешней политикой американского государства. Война во Вьетнаме, Кубинская революция, сближение с Китаем в 1970-е годы, поддержка диссидентского движения в Советском Союзе определили основные векторы иммиграционных процессов в Бостон во второй половине ХХ в.

Современная американская историография отмечает противоречивые, порой взаимоисключающие процессы в американском обществе: наряду с существующими межэтническими противоречиями, ростом этнического самосознания, происходят и мощные ассимиляционные процессы, результатом которых и является «новый сплав». Бостон в этом смысле – один из самых благополучных примеров процветающего американского мегаполиса, однако, не лишенный проблем этнических гетто[6] или «исхода» белых из государственных школ города[7].

«Новая иммиграция» в Бостон оказалась намного более разнородной с точки зрения расового и этнического происхождения людей, уровня их образования, социальной принадлежности, религиозных взглядов и традиций, географии расселения в Бостонской агломерации. В отличие от предшествующих волн иммиграции, которые были представлены в основном выходцами из стран Европы, иммигранты второй половины ХХ – начала XXI вв. приезжали в Бостон со всех концов земного шара – из Гаити, Доминиканской республики, Бразилии, Колумбии, Мексики, Китая, Вьетнама, Индии, Кореи, стран Ближнего Востока. В 2010 году 80% иммигрантов в Бостоне (75% в Бостонской агломерации) составляют выходцы из азиатского региона, стран Центральной и Латинской Америки, Карибского бассейна. Если иммигранты из стран Европы в XIX - начале XX вв. составляли костяк рабочей силы на промышленных предприятиях Бостона, то многие «новые иммигранты» заняты в сфере услуг и инновационных отраслях экономики столицы Массачусетса: Бостон является одним из самых привлекательных американских городов для иммиграции ученых, врачей, программистов.

До начала 1990-х гг. испаноязычная община Бостона была в основном представлена выходцами из стран Карибского бассейна (Пуэрто-Рико, Куба, Доминиканская республика) и Центральной Америки. На рубеже XX – XXI вв. резко возрос поток иммигрантов из Мексики, Колумбии и Бразилии[8].  

Азиатский сегмент иммиграции в Бостон долгое время был представлен исключительно немногочисленными выходцами из Китая – из-за ограничительных иммиграционных мер в Бостоне в 1940 году было менее полутора тысяч китайцев. Однако в результате потепления в американо-китайских отношениях в 1970-е годы резко возросло число китайских студентов и ученых, обучающихся (работающих) в университетах Бостона; к ним присоединились позже многочисленные иммигранты из Китая, не обладающие высокими профессиональными навыками и образованием[9].

Если в 1970 году в общей численности иммигрантов в Бостоне на долю представителей азиатских стран приходилось всего 8%, то в 2010 году – 26%. Эти показатели были достигнуты во многом благодаря иммиграции из Вьетнама, Камбоджи, Лаоса, Индии и Кореи. В 1975 году был принят Акт об Индокитайской миграции и положении беженцев, помогавший переехать и обосноваться в США людям, которым пришлось покинуть родину по политическим мотивам, а также после военных конфликтов в Азии. Переселенцам из Вьетнама оказывалась серьезная помощь как со стороны федерального правительства, так и властей штата Массачусетс[10].

Важнейшим фактором, повлиявшим на особенности формирования этноконфессиональной структуры Бостона на рубеже ХХ-XXI вв., стало развитие IT-технологий. IT-корпорации с 1980-х гг. активно набирали к себе на работу студентов, выходцев из азиатских стран, а также из Советского Союза, обучавшихся в Массачусетском технологическом институте. Одной из основных особенностей так называемой «новой иммиграции» в Бостон начиная с 1980-х гг. становится возросший процент людей с высшим образованием, и их желание заниматься интеллектуальным трудом. Около трети иммигрантов, перебравшихся в Массачусетс после 1980-х годов, имели высшее образование. IT‑корпорации, заинтересованные в притоке высококвалифицированных программистов, лоббировали принятие новых норм иммиграционного законодательства и добились успеха. В соответствии с положениями Иммиграционного акта 1990 года был введен новый тип американской визы «H1-B», позволявшее ученым, получившим предложение о приеме на работу от американских компаний, въехать в США по упрощенной процедуре. Многие иммигранты из Кореи и Индии, проживающие в Бостоне, въехали на территорию США по этой визе, как и выходцы из бывшего Советского Союза.

Именно последние, как отмечает Мэрион Джонсон, автор монографии «Новые бостонцы», стали «самой большой группой белых иммигрантов, поселившихся в Бостоне после 1965 г.», особенно после ослабления запрета на выезд из СССР во время перестройки. Для большинства выходцев из СССР был характерен высокий уровень образования и профессиональной подготовки в таких сферах, как «компьютерные технологии, медицина, инженерные специальности» и «они оказались среди самых экономически успешных переселенцев»[11].  Типичные представители русскоязычного Бостона, особенно принадлежащие к последней волне иммиграции рубежа XX-XXI вв., чаще всего добиваются успеха в своей профессиональной деятельности и стараются адаптироваться к американской жизни (в отличие от целого ряда других иммигрантских общин США), вместе с тем сохраняя стойкую привязанность к русской культуре[12]. Многие иммигранты из бывшего Советского Союза приехали в США в 1980‑1990‑е гг. как политические беженцы, и этот статус дал им возможность получить максимальный социальный пакет, включающий медицинскую страховку, курсы профессиональной и языковой подготовки, финансовую помощь по аренде жилья[13].

Результатом высокого уровня образования русских американцев являются, в целом, высокие качественные показатели трудоустройства – особенно выделяются женщины, получившие образование в СССР в 1970-е – 1980-е гг. Однако высокий уровень образования и профессиональной подготовки, как это ни парадоксально, зачастую затрудняет поиск трудоустройства, так как у русскоязычных жителей Бостона достаточно завышенные требования и в отличие от большинства других иммигрантов, они, как правило, не соглашаются на неквалифицированный и недостаточно высоко оплачиваемый физический труд[14].

Представители русскоязычной диаспоры Бостона, как правило, селятся в таких благополучных пригородах Бостона, как Бруклайн, Олстон, Ньютон, и практически не сталкиваются с проблемами этнической сегрегации, которая – несмотря на все официальные заявления – по-прежнему существует в США. По справедливому замечанию Г.В.Александрова, несмотря на то, «что номинально основой американской идеи, «американской мечты», являются идеи свободы и равноправия, «плавильного котла», объединяющего представителей всех рас и народов в единое целое (или заменившей «плавильный котел» «миски с салатом», гармоничного смешения разных народов и культур), на практике американское общество весьма далеко от этого единства». Лучшее тому свидетельство – географическая сегрегация, возникновение, в первую очередь в городах, районов компактного проживания представителей тех или иных рас и народов»[15]. Белое неиспаноязычное население Бостона проживает в районах с самыми высокими арендными ставками и стоимостью жилья, например, практически вытеснив китайцев из Chinatown, расположенном в самом центре города[16]. На референдуме 1974 года в Бостоне было принято решение отменить контроль за ставками аренды жилья, что привело к оттоку из центра Бостона «синих воротничков» и, напротив, притоку «белых воротничков», которые могут себе позволить более высокие цены на съемное жилье. Близость Олстона к основным университетам Бостона привела к росту арендной платы, которую могут позволить себе студенты, снимающие жилье в складчину – неслучайно, две трети жителей этого городка составляет молодежь в возрасте от 18 до 35 лет. Некогда населенный преимущественно ирландцами городок Джамайка Плейн сейчас является центром испаноязычной общины Бостона, как и восточная часть города. Своеобразными расово-этническими гетто стали такие пригороды Бостона, как Молден, Мэттэпан, Эверетт, Линн, Ривер, Рэндольф, тем не менее большинство жителей этих городков ездит на работу в Бостон.

Борьба за десегрегацию системы образования в столице Массачусетса привела к продолжающемуся многие годы противостоянию и заметному снижению числа белых учеников в государственных школах Бостона, чьи родители предпочитают отдавать своих детей в частные религиозные школы.

Среди проблем, связанных с массовой иммиграцией в Бостон на рубеже ХХ-XXI вв., центральной является нелегальная иммиграция. Если в 1990 году в Массачусетсе было порядка 53 тысяч нелегальных иммигрантов, то их число возросло до 87 тысяч в 2000 г. Как правило, въезжавшие на территорию США по туристическим визам оставались нелегально в стране по их истечению. Особенно велик процент нелегалов среди выходцев из Бразилии и Китая[17].

Таким образом, «результаты «бостонского ренессанса» - куда более сложные по своей природе, чем представляется на первый взгляд»[18]. За свою без малого четырехсотлетнюю историю город знал периоды расцвета и упадка, расово-этнической сегрегации и экономической депрессии. Современный Бостон – полиэтничен и поликонфессионален, он – юн и умен, поскольку значительную часть его населения составляют студенты и преподаватели лучших университетов Америки. Современные «американские Афины» - это процветающий мегаполис, характеризующийся в целом высокими показателями уровня жизни, это центр притяжения иммигрантов с высоким уровнем образования, чьи профессиональные навыки востребованы не только в науке и образовании, но и в медицине, IT-cфере и других инновационных отраслях экономики, в издательском, банковском и страховом бизнесе. Однако «увеличение этнической, культурной, расовой и религиозной мозаичности», характерное в целом для американских мегаполисов, приводит к неоднозначным последствиям.  Далеко не все бостонские иммигранты столь легко адаптируются к новой жизни, зримым свидетельством сложных процессов адаптации и ассимиляции «новых иммигрантов» являются многочисленные этнические пригороды Большого Бостона. Бостон, как и в целом мегаполисы Северной Америки, становится все более культурно разнородным, и как отмечают отечественные исследователи, «это происходит в значительной степени за счет массовой инфильтрации носителей культурных традиций, резко отличающихся от европейских. Реальный мультикультурализм все более становится неизбежной нормой, а это ставит перед государствами-реципиентами и их коренным населением сложную задачу адаптации к новым реалиям»[19]. Применительно к Бостону сложно не согласиться с тезисом о том, что «можно считать превращение диаспор в серьезную социальную силу и этническое лобби свершившимся фактом, частью историко-культурной и геополитической реальности»[20]. В американском обществе в целом и в Бостоне в частности наряду с существующими межэтническими противоречиями, ростом этнического самосознания (так называемой «этнизацией»), активно протекают процессы ассимиляции[21].

Таким образом, изучение сложной этнической мозаики Бостона дает нам богатый материал для размышлений об «универсальном характере американской нации»: чем все-таки определяется идентичность американской нации? Можно ли согласиться с провокационным тезисом авторитетного американского исследователя Самюэля Хантингтона о том, что «идеология мультикультурализма и многообразия подорвали могущество ключевых элементов американской идентичности, основы культуры и «американской веры»[22]



[1] Bluestone B., Stevenson M.H., Massagli M., Moss Ph., Tilly Ch. The Boston Renaissance. Race, Space, and Economic Change in an American Metropolis. N.Y., 2000.

[2] Lucken K. A Tale of Two Bostons // Massachusetts Historical Review. Vol. 19 (2017). P. 149-151.

[3] Johnson, Marilynn S. The New Bostonians. How immigrants Have Transformed the Metro Region since the 1960s. Boston, 2015. P. 5.

[4] The New Americans: A Guide to Immigration since 1965. Edited by Mary C. Waters and Reed Ueda. Cambridge (Mass.), 2007. P.30-31.

[5] Lucken K. A Tale of Two Bostons // Massachusetts Historical Review. Vol. 19 (2017). P. 151; The New Americans: A Guide to Immigration since 1965. Edited by Mary C. Waters and Reed Ueda. Cambridge (Mass.), 2007. P.31-40; Johnson, Marilynn S. The New Bostonians. How immigrants Have Transformed the Metro Region since the 1960s. Boston, 2015. P. 49; Vrabel, Jim. A People’s History of the New Boston. Boston, 2014.

[6] Johnson, Marilynn S. The New Bostonians. How immigrants Have Transformed the Metro Region since the 1960s. Boston, 2015. P. 82-87.

[7] Lucken K. A Tale of Two Bostons // Massachusetts Historical Review. Vol. 19 (2017). P. 149-150; Vrabel, Jim. A People’s History of the New Boston. Boston, 2014. P. 53-69.

[8] Bloemrad, Irene. The New Face of Greater Boston: Meeting the Needs of Immigrants // Governing Greater Boston. Ed. by Charles E. Euchner. Cambridge (Mass.), 2003; Margolis, Maxine. Goodbye Brazil: Emigres from the Land of Soccer and Samba. Madison, 2013.

[9] Illegal Immigrants Flood Chinatown // Boston Globe. November 12, 1994; The New Americans: A Guide to Immigration since 1965. Edited by Mary C. Waters and Reed Ueda. Cambridge (Mass.), 2007. P. 342-346; Watanabe P., Liu M., Lo Sh. A Portrait of Asian Americans in Metro Boston // New England Journal on Public Policy. Vol. 20. 2004. P. 149-165.

[10] Saigon to Massachusetss – Danger Rode with Boat People // Boston Globe. July 15, 1979; ‘Gateway’ Opens for Refugees // Boston Globe. July 7, 1986; Cutbacks in the Promised Land // Boston Globe. August 12, 1989; Amerasians Reach for Opportunity // Boston Globe. July 8, 1991; Boston Globe. November 25, 1992; Boston Globe. October 1, 2001; The New Americans: A Guide to Immigration since 1965. Edited by Mary C. Waters and Reed Ueda. Cambridge (Mass.), 2007. P. 654.

[11] Johnson, Marilynn S. The New Bostonians. How immigrants Have Transformed the Metro Region since the 1960s. Boston, 2015. P.64-65; The New Americans: A Guide to Immigration since 1965. Edited by Mary C. Waters and Reed Ueda. Cambridge (Mass.), 2007. P. 585.

[12] Никонов В.А. Русский мир и русский язык // Фонд Русский мир. 10 лет (2007-2017). Юбилейный сборник фонда «Русский мир». М., 2017. С. 27.

[13] The New Americans: A Guide to Immigration since 1965. Edited by Mary C. Waters and Reed Ueda. Cambridge (Mass.), 2007. P. 585.

[14] Ibid. P. 587.

[15] Александров Г.В. Современные тенденции развития демографической ситуации в США // Государственное управление. Электронный вестник. Выпуск № 68 (июнь 2018).  С. 110.

[16] Chinatown Fights on Many Fronts // Boston Globe. April 2, 1979; Chinatown is at Crossroads // Boston Globe. August 2, 1987; The Fight for Chinatown // Boston Globe. October 23, 1994.

[17] Many Haitians in Boston Area Ruled by Invisibility, Isolation // Boston Globe. February 9, 1986; Illegal Irish Fear Deportation // Boston Globe, August 24, 1987; Illegal Immigrants Flood Chinatown // Boston Globe. November 12, 1994; Testimony Details Hardships of Crossing // Boston Globe. April 30, 1997.

[18] Lucken K. A Tale of Two Bostons // Massachusetts Historical Review. Vol. 19 (2017). P. 151.

[19] Чешко С.В. Мультикультурализм или культурный промискуитет? // Вестник антропологии, 2017. № 3 (39).  С. 28, 31.

[20] Солопова О.В. Особенности становление новейших диаспор в странах ближнего зарубежья (на примере российских белорусов) // Историки-слависты МГУ: Кн. 11. М., 2016. С. 634.

[21] Чертина З.С. Плавильный котел? Парадигмы этнического развития в США.  М.,  2000. С. 137.

[22] Хантингтон С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности. М., 2004. С. 44.



Рассказать о публикации коллеге 

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.


(c) 2019 Исторические Исследования

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivatives» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 4.0 Всемирная.