Поколение «бэби-бума»: жизнь в политике после 1968 года
Поколение «бэби-бума»: жизнь в политике после 1968 года

Вопросы формирования и смены политической элиты находится в центре внимания историков и политологов. Анализ этих проблем через призму сменяющих друг друга поколений дает возможность по-новому взглянуть на политический процесс и его акторов – политические элиты.

Поколение – это совокупность людей, принадлежащих к одной возрастной когорте, которые сформировались в одинаковых исторических условиях, разделяют общие ценности и убеждения и чувствуют свою принадлежность к данному поколению. Поколение «бэби-бума» во Франции – это дети, рожденные в 1945-1952/53-е годы[1]. Нередко это поколение называют «поколением 1968 года». Отдельные его представители стали активными участниками «студенческой революции» 1968 г. Другие, они составляют большинство, в движении не участвовали. Тем не менее «студенческая революция» 1968 г. явилась ключевым событием, которое сформировало поколение «бэби-бумеров», определило взгляды его представителей на мир, их модели поведения. Ее влияние растянулось во времени, и на протяжении всех 1970-х годов продолжало ощущаться в общественно-политической и культурной жизни Франции.

В последние десятилетия интерес к теме поколений в общественных науках возрос. Экономистов и демографов интересуют особенности, которые характеризуют различные поколения: условия появления на свет, уровень образования, вступление в активную жизнь, положение на рынке труда. Историки обращаются к этим сюжетам в связи с возросшим интересом к проблемам молодежи и условиям ее социализации. Они анализируют, как формируется чувство принадлежности к поколению и чем разные поколения отличаются друг от друга[2]. Есть и более широкий исторический взгляд на поколение. В 1990‑е годы в США получила распространение теория поколений. Ее авторы, американские историки В. Штраусс и Н. Хоув, исходили из того, что между историческими событиями и поколениями существует прямая связь. Изучая историю США через призму смены поколений, они показали, что в детстве и юности исторические события формируют взгляды и ценности поколения, тогда как в середине жизни и зрелом возрасте представители поколения сами начинают формировать историю[3].

Меня интересовало, как события 1968 г. повлияли на поколение «бэби-бума», какую роль это поколение впоследствии сыграло в политической жизни Франции и, в частности, в процессе формирования французской политической элиты. В центре внимания было не все поколение «бэби-бумеров» («baby-boomers»), но только те его представители, которые включились в политику. Рамки исследования ограничены периодом с 1968 – по 2017 гг. Речь идет о времени, когда поколение «бэби-бума» сформировалось, начало заниматься политикой, а его представители вошли в состав политической элиты. В работе использовались материалы интервью, полученные автором в рамках эмпирического исследования «Французские политические институты и акторы: традиции и современность» (2013-2016 гг.).

События 1968 г. – ключевой момент социализации поколения

Каждому поколению свойственны определенные убеждения и ценности, его представители придерживаются схожих моделей поведения, поскольку их социализация происходила в одинаковых исторических условиях. Поколение «бэби-бумеров» появилось на свет в послевоенный период, их детство и юность пришлись на благополучные годы «славного тридцатилетия», когда экономика развивалась, а материальное положение французских семей стабильно улучшалось. Основатель Пятой республики Ш. де Голль называл детей поколения «бэби-бума» «прекрасными детьми» (les "beaux bébés"). Когда они родились, отмечает историк Ж.-Ф. Сиринелли, четыре «добрые феи склонились над их кроваткой», принеся им мир, материальное благополучие, полную занятость и веру в прогресс[4].

Поколение «бэби-бума» имеет свои особенности. Во-первых, его появление на свет совпало с мощным всплеском рождаемости, а само оно было многочисленным. В 1968 г. треть населения Франции была моложе 25 лет; молодые люди в возрасте от 15 до 24 лет составляли 15,9% населения страны[5]. Во-вторых, это поколение более образованное по сравнению с предыдущими. В 1950-е годы лишь 6 % французов, принадлежащих к одной возрастной когорте, получали аттестат зрелости, в 1970 г. они составляли одну треть. С 1950 по 1960 гг. число студентов выросло с 200 тыс. до 300 тыс.[6]

Поколение «бэби-бума» выросло в годы Пятой республики. В политическом отношении основатель Пятой республики Ш. де Голль вывел страну из кризиса, создал сильное государство. Но выстроенная им вертикаль власти была излишне жесткой. «Мне было 20 лет в 1968 г., - вспоминает французский политик с 40-летним стажем. – Франция де Голля успешно развивалась в экономическом, культурном, социальном отношении. Но молодежь не имела возможности участвовать в политической жизни».

События «студенческой революции» 1968 г. явились протестом против существующей власти и консервативной политической элиты. Это было, по мнению участника событий, французского социолога А. Турена, антиавторитарное движение (mouvement antiautoritaire)[7]. Молодые люди выступили против жесткой иерархии, дисциплины, они отстаивали право самостоятельно распоряжаться собственной жизнью. «Ничто не будет, как прежде», - гласил один из лозунгов протестующих. Эти слова оказались пророческими.

После событий 1968 г. французы проснулись в новой стране. Под влиянием «студенческой революции» произошло культурное обновление французского общества. Оно стало более открытым, свободным, толерантным. В 1968 г. стало возможным то, что еще совсем недавно казалось недопустимым, пишет политолог Б. Гобий[8]. Новые идеи завоевывали умы, в обществе начали обсуждаться темы революции, самоуправления (autogestion), прямой демократии. Движение 1968 г. способствовало формированию и распространению новой молодежной культуры, которая оказала огромное влияние на французскую культуру в целом. Строгие нормы общественной морали начали рушиться, в воздухе веяло свободой. А С. Гинзбур пел написанную в 1968 г. песню - «1969 эротический год».

События 1968 г. стали временем пробуждения молодежи. Они показали, что жизненный выбор существует и что молодые люди могут стать акторами не только собственной судьбы, но и исторических событий. Социализация поколения 1968 г. происходила стремительно. Важно и то, что события 1968 г. продолжали влиять на умонастроения подрастающих поколений в течение всего следующего десятилетия. Энергия 1968 г. продолжала остро ощущаться в 1970-е годы, когда Франция превратилась в арену мощных социальных движений.

Вступление в политическую жизнь

Большинство участников «студенческой революции», как пишет Ж.-Ф. Сиринелли, к началу событий «в политическом отношении были девственны», т.е. находились вне политики. Тем не менее среди участников событий было чрезвычайно активное политически ангажированное меньшинство. Его представители участвовали в выступлениях против войны во Вьетнаме и «напитались духом протеста» в 1960-е годы[9]. Среди них - троцкисты, анархисты, маоисты, последователи Че Гевары. К ним относился Д. Кон-Бендит, «красный Дэнни», ставший символом «студенческой революции». Еще до событий 1968 г. он сблизился с анархистами. В 1968 г., будучи студентом социологии в Университете Нантера, возглавил «Движение 22 марта» и участвовал в захвате университетского здания. Д. Кон-Бендит остался в политике на всю жизнь. В последующие годы он являлся активным участником европейского экологического движения, избирался депутатом Европейского парламента от ФРГ и Франции.

Активное участие в событиях 1968 г. принимал лидер французского троцкистского движения А. Кривин. Бывший коммунист, он был основателем Организации молодых коммунистов, в 1969 г. создал троцкистскую Коммунистическую лигу. В 1969 и 1974 гг. А. Кривин выдвигал свою кандидатуру на президентских выборах, став первым кандидатом от поколения «бэби-бума», участвующим в самом главном политическом соревновании. В 2009 г. на основе Коммунистической лиги была создана Антикапиталистическая партия, а А. Кривин остается одним из ее официальных представителей.

События 1969 г. способствовали пробуждению у молодых людей интереса к политике. Не случайно исследователи пишут о «бэби-бумерах» как о высоко политизированном поколении[10]. Кого-то «студенческая революция» непосредственно вовлекла в политический процесс, пробудив у них стремление изменить жизнь. «Я хотел изменить жизнь, сделать ее более справедливой», - рассказывает респондент. Поиск политической силы, которая соответствовала бы его идеалам, привел молодого человека в созданную в 1971 г. на съезде в Эпинэ Французскую социалистическую партию (ФСП). Политизированная часть поколения «бэби-бума» чаще всего симпатизировала левым политическим партиям.

К концу 1970-х годов начался процесс включения поколения «бэби–бума» в большую политику. В 1978 г. в ходе парламентских выборов Национальное собрание обновилось. Этот процесс носил одновременно естественный и политический характер. Поколение Сопротивления (люди, рожденные во втором десятилетии XX в.) покидало политическую сцену. Доминирующие позиции в нижней палате заняло межвоенное, «молчаливое поколение», представители которого родились в 1930-е годы. В 1978 г. они составили 63% депутатов Национального собрания[11]. В 1978 г. впервые в нижнюю палату французского парламента – Национальное собрание пришли представители «молодой гвардии», дети «бэби–бума»: М. Барнье (27 лет), Л. Фабиус (31 год), А. Эммануэли (33 года), А. Мадлен (32 года).

1981 год: восхождение на политический Олимп

В 1981 г. победу на президентских выборах одержал лидер ФСП Ф. Миттеран. Приход лидера социалистов в Елисейский дворец ознаменовал собой «второе рождение» Пятой Республики[12] и привел к радикальному обновлению французской политической элиты. В первые два десятилетия существования Пятой республики депутатский корпус постарел. В 1968 г. лишь один из десяти депутатов Национального собрания был моложе 40 лет, больше половины депутатов были в возрасте 45-60 лет[13]. Победа ФСП на парламентских выборах (1981) привела в нижнюю палату парламента молодых людей, учителей начальной и средней школы, «бородачей», как их тогда называли, которые составили треть депутатского корпуса[14]. В 1981 г. 38% депутатов Национального собрания были моложе 45 лет, чаще всего молодые депутаты представляли левые партии[15]. При Ф. Миттеране ФСП превратилась в важнейший механизм рекрутирования элитных кадров.

В мирное время смена элит не происходит одномоментно. В то время как представительная власть омолодилась, в исполнительной власти смена поколений не была столь ощутима. При назначении на ключевые должности учитывался политический вес кандидатов. Первые три правительства социалистов возглавил П. Моруа[16]. Большую часть членов кабинета министров составили лица, рожденные в межвоенный период (1920-1930-е годы). Представительство поколения «бэби-бума» в кабинете министров было эпизодическим. В 1981 г. А. Эмманюэли был назначен государственным секретарем по вопросам заморских территорий, в 1983 г. он занял пост министра бюджета. Л. Фабиус был назначен министром бюджета в 1981 г., а в 1983 г. министром промышленности и научных исследований. В 1984 г. произошло важное событие: в возрасте 37 лет Л. Фабиус стал самым молодым премьер-министром Франции.

Особое место в системе власти во Франции занимает Администрация президента (АП). Назначения в АП осуществляются лично главой государства. Ф. Миттеран окружил себя молодыми людьми, многие из них обучались в престижной Национальной административной школе, работали в системе государственной службы. Назначая на высокие посты представителей «бэби-бума», Ф. Миттеран стремился отблагодарить своих молодых сторонников, а также использовать их профессиональный опыт. В 1981-1982 гг. в Елисейский дворец пришли Ж. Аттали, С. Руаяль, Ф. Олланд, Ж.-Л. Бианко, Э. Гигу.

В 1980-е годы во Франции произошло обновление не только политической, но и интеллектуальной элиты. На первые позиции выдвинулись люди левых немаксистских взглядов. В журналистском сообществе окрепли позиции журналистов левой ориентации, к ним перешло руководство телевизионными и радиоканалами. Благодаря левым интеллектуалам и журналистам во французском обществе утвердились ценности новой политической культуры – «гуманитарного эгалитаризма»[17]. Культуры, ориентированной на поддержку гражданских меньшинств и поддерживающей новый кодекс поведения, важными элементами которого являются «политическая корректность» (politiquement correct) и принятие многообразия мира во всех его проявлениях (поддержка гей-сообщества, закон об однополых браках и т.д.). Начиная с 1980-х годов эта культура получила распространение среди образованной части французского общества, интеллектуалов, ее продвигают средства массовой информации.

О том, как «революционеры» превратились в «политических зубров»

В 1980-1990-е годы представители поколения «бэби-бума» заняли центральные позиции в системе французской власти. Впервые они оказались в большинстве в нижней палате парламента в 1993 г., а с 2002 г. уже составляли свыше 70% депутатского корпуса[18]. В 2007 г. президентом Франции был избран представитель поколения «бэби-бума» Н. Саркози. По мере того, как это поколение обживалось во властных кабинетах, французская политическая элита начала стареть. В 1990‑2000‑е годы депутатов в возрасте 40-лет становилось все меньше. Если в 1978 г. средний возраст народных представителей составлял 51,2 года, то в 1997 г. – 52,6, в 2007 г. - 54,9, в 2012 – 54,5 года[19].

Закрепление за поколением 1968 г. доминирующих позиций в системе власти и старение политической элиты были обусловлены рядом факторов. Первое. В последние 30-40 лет во Франции происходила профессионализация политики. М. Вебер выделял два способа сделать из политики профессию: «либо жить "для политики", либо жить "за счет" политики и политикой». В первом случае политик служит своему делу и видит в нем «смысл своей жизни», во втором политика становится для него постоянным источником доходов[20]. С 1980-х годов во Франции утвердился партийно-аппаратный тип политической карьеры. Мне уже приходилось писать об ее особенностях[21]. Напомню главное: все чаще политики приходили на выборные должности благодаря карьерному продвижению в аппаратных структурах партии.

Второе. Французская политическая элита научилась сохранять свои посты. Во Франции до недавних пор действовал эффективный механизм, позволявший политику длительное время находиться на выборных должностях - совмещение мандатов. Из 577 депутатов Национального собрания в 2012 г. только 109 депутатов не имели второго мандата, из 348 сенаторов – 84. В 2014 г. по этой практике во Франции был нанесен удар: принят закон, запрещающий совмещение выборных должностей с 2017 г. – сенатора и депутата Национального собрания, а с 2019 г. депутата Европейского парламента с выборной должностью, носящей функции исполнительной власти: мэра, президента регионального или генерального совета.

Третье. Поколение, следующее за «бэби-бумерами» и рожденное в 1960-1970-е годы, оказалось вне политики. Эти люди выросли в свободном, открытом обществе, наслаждались индивидуальной свободой, ушли в частную жизнь и политикой не интересовались. Такая поколенческая конфигурация позволила политически ангажированному поколению 1968 г. в течение 30-40 последних лет оставаться у власти[22].

В 2000-годы сложилась парадоксальная ситуация: с приходом поколения «бэби-бума» власть во Франции стала несменяемой. Утверждение на ключевых позициях во власти изменило настроение и поведение людей, которые еще совсем недавно стремились изменить жизнь и построить новое общество. Добившись высот на политическом Олимпе, поколение «революционеров» оказалось неспособно изменить собственную человеческую натуру. Они использовали все имеющиеся механизмы, политический капитал и социальные связи, чтобы самосохраниться во власти. В течение десятилетий на высших государственных постах во Франции чередовались одни и те же люди. Причем эта тенденция была характерна для партий как левого, так и правого спектра. Многие депутаты и сенаторы заседали в парламенте в течение десятилетий. На рубеже веков социальные лифты во французском обществе работать практически перестали. Политические карьеры стали пожизненными, что радикально отличает Францию от других западноевропейских стран[23].

С начала 2000-х годов доверие французских граждан к политике и политикам неуклонно снижалось. В 2017 г. лишь 28% французских граждан доверяли правительству, 43% - Национальному собранию, 45% - избранному в их округе депутату. И даже институт президентства перестал вызывать в обществе прежнее уважение: в начале 2017 г. подавляющее большинство французов (66%) не доверяли президентской власти[24]. Рост критических настроений в обществе объяснялся тем, что традиционные политические партии перестали отвечать общественным запросам, а их чередование у власти не приводило к смене политического курса. Несменяемость власти все больше раздражала французов, и на выборах президента в 2017 г. они поддержали кандидата, который обещал очистить «политику от пыли» и привести во власть новых людей.

Смена элит в эпоху Макрона

В 2017 г. президентом Франции был избран Э. Макрон, «несистемный» кандидат, не представлявший ни одну из традиционных партий. В июне 2017 г. Национальное собрание обновилось на 72%[25]. Большинство депутатов-новобранцев принадлежали к пропрезидентскому движению «Вперед, Республика!» (ВР). При отборе кандидатов ВР ставка была сделана на омоложение депутатского корпуса. В новом составе парламента средний возраст депутатов составил 49 лет (54,8 года в 2012-2017), самыми молодыми стали представители фракции ВР (их средний возраст - 46,2 лет).

Победа Э. Макрона и смена политической элиты рассматриваются аналитиками как «большой политический взрыв»[26]. В результате выборов 2017 г. национальную политическую арену покинули ключевые фигуры французской политики, представители поколения «бэби-бума», среди них Н. Саркози, Ф. Фийон, Ф. Олланд, Ж.-М. Эйро, Ж.-П. Раффарен. В 2017 г. из 577 депутатов прошлой легислатуры лишь 148 удалось вновь занять депутатские кресла. Наибольшие потери понесла ФСП, практически развалившаяся в ходе президентской кампании. Лишь одна четверть депутатов-социалистов образца 2012 г., были переизбраны. Правда, далеко не для всех уход с национальной политической сцены означал уход из политики: 3/4 проигравших выборы в 2017 г. заседают в местных органах власти.

Заключение

В 2000-е годы поколение «бэби-бума» во Франции оказалось в центре дискуссии. Одни авторы по-прежнему отстаивали мысль, что это поколение сделало французское общество более открытым и демократичным[27]. Другие, наоборот, полагали, что поколение «бэби-бума» получило все имеющиеся ресурсы, буквально разорив страну[28]. В 2008 г. журналом «Ле Пуэн» была опубликована статья «Кража века», в ней приводилось интервью с никому тогда еще не известным молодым инспектором финансов. В статье говорилось о том, что поколение послевоенного «бэби-бума», находящееся у власти во Франции на протяжении последних десятилетий, должно уйти. И не только потому, что эти люди состарились. Они ответственны за огромный государственный долг, за то, что, невзирая на сложную экономическую ситуацию, неуклонно наращивали социальные расходы, тем самым «обкрадывая» будущие поколения. Дети «бэби-бумеров» тоже немолоды – это поколение «принца Чарльза» – они слишком долго ждали своей очереди и неспособны кардинально изменить ситуацию. Сломать существующую систему, сделать политику и экономику более современными и эффективными должны молодые – таков был вывод авторов статьи и государственных служащих и политиков, которые были ими опрошены[29]. Неизвестным инспектором финансов был Э. Макрон, в 2008 ему было 30 лет и он уже готовился стать президентом страны.

В 2017 г. завершился исторический цикл: поколение, сформированное событиями 1968 г., взошедшее на политический Олимп в 1981 г. и остававшееся во власти в течение 30-40 лет, в 2017 г. покинуло национальную политическую арену. На смену «бэби-бумерам» пришли новые люди, представляющие гражданское общество и не имеющие опыта политической работы. Новое поколение французской политической элиты – это молодые люди, вписавшиеся в глобальный мир, нередко имеющие опыт учебы и работы за рубежом, активно присутствующие в социальных сетях, свободно владеющие английским языком. Этим людям, пишет философ Р. Дебре, чужды принципы «католической светской цивилизации» с присущими ей застывшими вертикальными структурами и отсутствием мобильности. Они выступают за транспарентность, большую открытость и мобильность общества[30]. Они адаптировались к социально-экономическим и технологическим изменениям и хотели бы превратить Францию в новую глобальную державу – «нацию stаrt-up». Осталось выяснить, насколько новые люди окажутся способны управлять Францией.



[1] Во французской литературе существует различный подход к возрастным границам поколения «бэби-бума». Историк Ж.‑Ф. Сиринелли (J.F. Sirinelli) относит к этому поколению людей, родившихся в 1945-1969-е годы. В статье за основу принята методология экономиста и социолога Л. Шовеля (L.Chauvel).

[2] Sirinelli J.F. Les Baby-boomers. Une génération 1945-1969. Paris: Fayard, 2003.

[3] Howe N., Strauss W. Generations: The History of America’s Future, 1584 to 2069. N.-Y., 1991. P. 58-62.

[4] Les baby-boomers, une génération de chanceux // URL: https://www.francetvinfo.fr/france/les-baby-boomers-une-generation-de-chanceux_1301151.html

[5] Pyramides des âges pour le monde entier // URL: https://www.populationpyramid.net/fr/frqnce/1968/ (10.12.2018).

[6] L’école républicaine. La France (1958-2007). P.: La Documentation Française, 2007.

[7] Touraine A. Comment sortir du libéralisme. P.: Fayard, 1999.

[8] Gobille B. Mai 1968. Paris : La Découverte, 2009.

[9] Sirinelli J.-F. Génération, générations // Vingtieme siècle. Revue d’histoire. P., 2008, N 2. P. 117.

[10] Chauvel L. L’âge de l’Assemblée (1946-2007). Soixante ans de renouvellement du corps législatif : bientôt, la troisième génération» // La Vie des idées , 22 octobre 2007. URL: http://www.laviedesidees.fr/L-age-de-l-Assemblee-1946-2007,81.html

[11] Abel F., Grossman E. Qui sont les députés français de la V-e République?// La vie des idees, 2011. P. 1-13. URL: https://www.researchgate.net/publication/278621929_Qui_sont_les_deputes_de_la_Ve_Republique

[12] Duhamel A. Une histoire personnelle de la V-e République. P.: Plon, 2014. P. 89.

[13] Véron J. Démographie du parlement français de 1958 à 1980 // Population. Paris. 1983. N3, Vol. 38. P. 556.

[14] Abel F., Grossman E. Qui sont les députés français de la V-e République?// La vie des idees, 2011. P. 1-13. URL: https://www.researchgate.net/publication/278621929_Qui_sont_les_deputes_de_la_Ve_Republique

[15] Chauvel L. L’âge de l’Assemblée (1946-2007). Soixante ans de renouvellement du corps législatif : bientôt, la troisième génération» // La Vie des idées , 22 octobre 2007. URL: http://www.laviedesidees.fr/L-age-de-l-Assemblee-1946-2007,81.html

[16] Первое правительство П. Моруа (май-июнь 1981 г.), второе правительство (июнь 1981 – март 1983 г.), третье правительство П. Моруа (март 1983-июль 1984 г.).

[17] В основе этой культуры лежат принципы толерантности, гуманизма, уважения к правам меньшинств. - Les cultures politiques en France / Sous la dir. de S. Bernstein. – P.: Sueil, 1999. – P. 386.

[18] Abel F., Grossman E. Qui sont les députés français de la V-e République? // La vie des idees, 2011. P. 1-13. URL: https://www.researchgate.net/publication/278621929_Qui_sont_les_deputes_de_la_Ve_Republique

[19] Boelaert J., Michon S., Ollion E. Des élites : Ouverture politique et fermeture sociale à l’Assemblée nationale en 2017 // Revue française de science politiques. P., 2018. Vol. 68, N5. P. 782.

[20] Вебер М. Политика как призвание и профессия // Вебер М. Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. - С. 644-706.

[21] Лапина Н. Политическая элита Франции: мотивация, карьерные траектории, профессия политика в начале XXI в. // Власть и элиты / Гл. ред. А.В. Дука. СПб. 2014. Т.1. С.137-160.

[22] Abel F., Grossman E. Qui sont les députés français de la V-e République? // La vie des idees, 2011. P. 1-13. URL: https://www.researchgate.net/publication/278621929_Qui_sont_les_deputes_de_la_Ve_Republique

[23] Политические элиты европейских стран // Актуальные проблемы Европы. – М., 2017. - №2.

[24] Baromètre de la confiance politique. Vague 8. Janvier 2017. URL: http://www.cevipof.com/fr/le-barometre-de-la-confiance-politique-du-cevipof/resultats-1/vague8/

[25] Boelaert J., Michon S., Ollion E. Des élites : Ouverture politique et fermeture sociale à l’Assemblée nationale en 2017 // Revue française de science politiques. P., 2018. Vol. 68, N5. P. 778.

[26] Tremolet de Villers V. Jérome Fourquet: Où en est la droite après le big bang politique macroniste? // Le Figaro. Paris, 2017. 13.10. URL: http://www.lefigaro.fr/vox/politique/2017/10/13/31001-20171013ARTFIG00219-o-en-est-la-droite-apres-le-big-bang-politique-macroniste.php

[27] Sirinelli J.F. Les Baby-boomers. Une generation 1945-1969. Paris: Fayard, 2003.

[28] Chauvel L. Enfants de baby-boomers : génération sacrifiée ? // URL: https://www.lemonde.fr/societe/chat/2006/10/16/enfants-de-baby-boomers-generation-sacrifiee_823785_3224.html

[29] Gernelle E., Delattre M., Levy A. Baby-boomers: le casse du siècle // Le Point. 2008. 01.05. URL: http://www.lepoint.fr/actualites-economie/2008-05-01/baby-boomers-le-casse-du-siecle/916/0/242023

[30] Debray R. Le nouveau pouvoir. Paris.: Éd. du CERF, 2018.



Рассказать о публикации коллеге 

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.


(c) 2019 Исторические Исследования

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivatives» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 4.0 Всемирная.