Египетский поход французской армии как столкновение двух культур
Египетский поход французской армии как столкновение двух культур

Монография[1] руководителя лаборатории «Мир в эпоху Французской революции и Наполеоновских войн» доктора исторических наук главного научного сотрудника ИВИ РАН, заведующего кафедрой исторического регионоведения исторического факультета ГАУГН Александра Викторовича Чудинова представляется мне весьма необычной[2]. Отечественные наполеоноведы, как правило, сосредотачивают свои усилия на взаимоотношениях Наполеона Бонапарта с Россией или же на изучении войн этого периода, в которых Россия участвовала, – в первую очередь, разумеется, Войны 1812 года[3]. Наполеоноведы зарубежные, в том числе и французские, в ходе исследований, посвящённых Египетскому походу, интересуются прежде всего тем временем, когда в Египте находился Бонапарт[4]. Это объясняется не только тем, что особый интерес историков вызывает не столько Египет, сколько сам главнокомандующий, но и значительно большей доступностью источников, значительная часть которых была опубликована на рубеже XIX-XX вв. К. Ла Жонкьером[5]. Таким образом, автор нарушает сразу две традиции, посвящая свою работу тому периоду, когда Бонапарт Египет уже покинул. К России же его книга имеет только то отношение, что в ней использованы донесения российского представителя в ставке Великого визиря Э. Франкини, хранящиеся в Архиве внешней политики Российской империи и дающие возможность посмотреть на события с турецкой стороны.

Это время мало известно во Франции и ещё меньше известно в нашей стране. К тому же, если оно и известно, то зачастую во вполне определённом ракурсе: Наполеон оставил армию в Египте, чтобы спасти Францию. «В самой Франции, – ярко писал Е.В. Тарле, – разбои, смуты, полное расстройство; Директория ненавистна большинству, слаба и растерянна. “Негодяи! Италия потеряна! Все плоды моих побед потеряны! Мне нужно ехать!” – сказал он, как только прочел газету». И Бонапарт покидает Египет, «оставив Клеберу большую, хорошо снабженную армию, исправно действующий (им самим созданный) административный и налоговый аппарат и безгласное, покорное, запуганное население огромной завоеванной страны»[6]. Нередко снисходительны к Бонапарту и французские историки. «Можно ли обвинять Бонапарта в том, что он оставил свой пост перед лицом противника? – спрашивает Р. Дюфрес. – Нет, если учесть, что 26 мая Директория отдала приказ о возвращении экспедиционного корпуса; да, если принять во внимание, что Бонапарт уехал, не получив этого приказа»[7].

Монография А.В. Чудинова лишена и тени этих благостных картинок. Автор показывает, в каком шоке, в какой растерянности были генералы, узнав о бегстве главнокомандующего, как не могли поверить, что Наполеон способен на такой поступок. Очень показательно в этом отношении и то, что перед отъездом Бонапарт инструктировал не нового командующего, знаменитого генерала Ж.‑Б. Клебера, а генерала Ж.-Ф. Мену – офицера, не одержавшего, по сути, ни одной победы. Не менее показательно и процитированное автором письмо Клебера: «Когда я принимал командование армией, я не нашел ни гроша в казне, все службы прекратили работу и еще бездействовали».

А.В. Чудинов проводит читателя по всем событиям того сложнейшего для французской армии года, когда она находилась под командованием Клебера, и доводит повествование до смерти генерала. Его монография подробна и обстоятельна, основана как на большом количестве опубликованных источников, так и на французских и российских архивах. Для каждого сюжета автор выбирает в своей мастерской соответствующие инструменты, с одинаковым умением и наслаждением реконструирует буквально по минутам важнейшие сражения и восстания, легко переходит с микроисторического на макроисторический план, уделяет внимание и репрезентациям власти, и политико-экономической проблематике.

Главный герой монографии – это, безусловно, генерал Клебер. Уроженец Страсбурга, художник и архитектор по образованию, в годы Революции он блестяще проявил себя как солдат и полководец, командовал армиями, приобрёл огромную популярность. До Египетского похода он имел за плечами больше военных компаний и побед, чем Бонапарт. Оболганный им и верными ему офицерами египетской армии, убитый в Каире незадолго до планировавшейся эвакуации французов, 17 лет пролежавший в гробу в замке Иф, поскольку Первый консул, а затем и император не был готов отдать ему даже последние почести, Клебер вызывает и у автора, и у читателя стократ большее уважение, чем его предшественник на посту главнокомандующего. Клебер принял войска, деморализованные поражениями, бегством Бонапарта, изнурённые как местным климатом, так и многочисленными хозяйственными неурядицами, и всего за год смог радикально изменить ситуацию, позволив солдатам выжить и даже одержать ряд побед.

Несомненной удачей книги можно назвать ту аналитическую глубину, с которой автор показывает столкновение двух цивилизаций. Цивилизация египетская, мусульманская построена на традиционных ценностях, французская по прошествии революционного десятилетия – на идеалах эпохи Просвещения. Читатель ожидает, что французы, вдохновлённые мечтой о свободе, равенстве и братстве, используют Египет как своеобразный полигон, на котором можно было бы испытать, в какой мере работают революционные идеологические модели: все люди равны, мир хижинам – война дворцам, освобождение от тирании принесёт народам счастье. И поначалу французское командование оправдывает его ожидания: оно стремится нести «бремя белого человека» по возможности деликатно и относиться с уважением к египтянам, которых французы плохо знали и ещё хуже понимали, из-за чего даже самые благие намерения зачастую приводили к конфликтам. И тем не менее, ещё до высадки Бонапарт призывал своих солдат быть терпимыми к мусульманам: «Не спорьте с ними. Поступайте с ними так, как мы поступали с евреями и с итальянцами. Уважайте их муфтиев и имамов так, как вы это делали по отношению к раввинам и к епископам. Проявляйте к церемониям, предписанным Кораном, и к мечетям ту же толерантность, что вы проявляли к религиям Моисея и Иисуса Христа». Обращение Бонапарта к местным жителям от 17 июля 1799 г. будет начинаться словами: «Нет других богов, кроме Бога, и Мухамед – пророк его!»[8].

Начиная знакомство с монографией, подсознательно ждёшь от автора описания культурного трансфера, при котором «прогрессивные» европейцы смогли сделать египтян более «цивилизованными», привить им столь же «прогрессивные» либеральные ценности, пусть даже не совсем обычными путями. «Считая, что французы выполняют на Востоке именно цивилизаторскую миссию, – отмечает автор, – Бонапарт предлагал довольно специфические методы воспитания египтян в духе утвердившейся во Франции системы ценностей. Он советовал арестовать 500-600 мамлюков или арабов и принудительно отправить их во Францию в качестве заложников. Прожив там год или два, эти люди не смогут не оценить преимуществ французского образа жизни и по возвращении на родину станут деятельными сподвижниками оккупантов в утверждении их ценностей на египетской земле».

То, как будут развиваться события, станет для читателя немалым сюрпризом. Французская армия предстаёт на страницах книги отнюдь не как «солдаты свободы». Она ведёт себя в Египте также, как она вела себя на территории противника, в Германии и в Италии, во время революционных войн. Это армия секуляризированная, не очень дисциплинированная, привыкшая грабить местное население и относиться к нему без малейшего уважения. В итоге же не мусульмане начнут разделять либеральные ценности, а французы будут всё чаще вести себя как египтяне: генерал Мену примет ислам, при подавлении Каирского восстания мирных жителей будут ждать массовые убийства и грабежи, убийцу Клебера посадят на кол.

Монография А.В. Чудинова написана прекрасным литературным языком, ярко, образно, местами лирично. Перед нами «осень революции». Непомерные амбиции французов несут и им, и населению завоёванных территорий лишь боль, страдания и кровь; это книга, в которой нет победителей. Автор, по сути, совершил то, что не удалось французской армии в Египте: он, на мой взгляд, смог понять и принять местное население со всеми его необычными и странными для европейского глаза привычками и обычаями, он в равной мере сочувствует и сопереживает как французам, так и египтянам.



[1] Чудинов А.В. Забытая армия: французы в Египте после Бонапарта 1799 – 1800 гг. М.: Политическая энциклопедия, 2019.

[2] Исследование выполнено при финансовой поддержке РНФ, проект № 18-18-00226.

[3] Одним из редких исключений является недавно вышедшая книга ученицы А.В. Чудинова Евгении Александровны Прусской: Прусская Е.А. Французская экспедиция в Египет 1798-1801: взаимное восприятие двух цивилизаций. М., 2015.

[4] См., например: Boudon J.-O. La campagne d'Égypte. P., 2018.

[5] La Jonquière C., de. L'Expédition d'Égypte. 5 vols. P., 1899-1911. Reéd. 2003.

[6] Тарле Е.В. Наполеон. М., 1992. С. 77.

[7] Дюфрес Р. Наполеон. М., 2003. С. 41.

[8] Correspondance de Napoléon Ier. T. 5 / publiée par ordre de l'Empereur Napoléon III. P., 1860. P. 665.



Рассказать о публикации коллеге 

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.


(c) 2020 Исторические Исследования

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivatives» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 4.0 Всемирная.